Поэтизмы прут потоком, от них становится стыдно и неловко.
Впрочем, неловко на потолке сидеть.
Тяжеловато быть
Доброго утра
А шоколад ни в чем не виноват
Утро и полночь поменялись местами, теперь время исповедей и откровений не вечер, но утро. Сейчас половина восьмого утра, день весь проссыт, но ночь, как всегда, была вся напичкана разговорами.
Я слушаю что говорят, я ловлю на себе кивок, который я ненавижу, я улыбаюсь и ненавижу ту улыбку, которой улыбаюсь. Я тушу сигарету за сигаретой о наши разговоры по душам после четырех и танцую душой. Я читаю чужие трагикомедии и пьесы, я не играю никакими персонажами, но пою о писателях этих трагедий.
Я люблю, но не кого то конкретного. Нельзя же сказать, сидя у реки, где вода бьет потоком, и любуясь ей, что ты любишь каплю. Никто не думает, моясь в душе, о каждой дырочке, что дарит ему этот напор странной воды - я люблю поток. Но я люблю и каплю, без капли не было бы и потока.
Мы все капли, и можно долго рассказывать какие у нас потрясающие друзья и дружбы, какие гении мы можем достать просто позвонив по телефону, но раз оказавшись в метро, мы должны признать что этот поток наполнен самыми разными каплями, у которых есть свои почитатели, враги, фанаты и отцы. Невозможно любить капли, не любя поток и наоборот. Это я в качестве ненужного поклона и объяснения перед самим собой, дабы эхо в моих ушах от этого текста не звучало, будто бы мне плевать на капли, когда я так расписываю поток.
Поток волшебен.
В восемь утра солнце очень некрасиво поступает с уродливыми домами напротив, делая их такими волшебными всего лишь на два часа. Солнце буквально обмазывает их масляной краской, делая каждый выступ вкусным и особенным. Вечером они будут казаться обычными коробками обычного спальника, но утром они ни что иное, как декорация для тебя, для вас и вашего монолога на двоих.
Ты сказала, что кое-что здесь начинает походить на литературу - упаси господь! Если э т о литература, тогда все написанное людьми есть ничто иное как обычный кусок дерева у калитки, где каждый проходящий может, поковырявшись в носу, оставить свою козявку.
Давным давно, маленьким, я думал, - я был убежден, - что, оставляя козявку где бы то ни было, я смогу следить за этим местом, и, при этом, место это само знает что я там был. Как бы детский чек-ин. По всей видимости, мои мысли подобны четырехлетним андрюхам, которым до смерти важно отметиться и показать что они думалось тогда то и тогда то, потому что этот блог и существует.
Зубочистки, отцовский плед, холодной пиво, отчего то брошенный взгляд отчаяния в окно и желание покурить.
Вы меня не знаете, а я вас и подавно.
Доброго утра.
Впрочем, неловко на потолке сидеть.
Тяжеловато быть
Доброго утра
А шоколад ни в чем не виноват
Утро и полночь поменялись местами, теперь время исповедей и откровений не вечер, но утро. Сейчас половина восьмого утра, день весь проссыт, но ночь, как всегда, была вся напичкана разговорами.
Я слушаю что говорят, я ловлю на себе кивок, который я ненавижу, я улыбаюсь и ненавижу ту улыбку, которой улыбаюсь. Я тушу сигарету за сигаретой о наши разговоры по душам после четырех и танцую душой. Я читаю чужие трагикомедии и пьесы, я не играю никакими персонажами, но пою о писателях этих трагедий.
Я люблю, но не кого то конкретного. Нельзя же сказать, сидя у реки, где вода бьет потоком, и любуясь ей, что ты любишь каплю. Никто не думает, моясь в душе, о каждой дырочке, что дарит ему этот напор странной воды - я люблю поток. Но я люблю и каплю, без капли не было бы и потока.
Мы все капли, и можно долго рассказывать какие у нас потрясающие друзья и дружбы, какие гении мы можем достать просто позвонив по телефону, но раз оказавшись в метро, мы должны признать что этот поток наполнен самыми разными каплями, у которых есть свои почитатели, враги, фанаты и отцы. Невозможно любить капли, не любя поток и наоборот. Это я в качестве ненужного поклона и объяснения перед самим собой, дабы эхо в моих ушах от этого текста не звучало, будто бы мне плевать на капли, когда я так расписываю поток.
Поток волшебен.
В восемь утра солнце очень некрасиво поступает с уродливыми домами напротив, делая их такими волшебными всего лишь на два часа. Солнце буквально обмазывает их масляной краской, делая каждый выступ вкусным и особенным. Вечером они будут казаться обычными коробками обычного спальника, но утром они ни что иное, как декорация для тебя, для вас и вашего монолога на двоих.
Ты сказала, что кое-что здесь начинает походить на литературу - упаси господь! Если э т о литература, тогда все написанное людьми есть ничто иное как обычный кусок дерева у калитки, где каждый проходящий может, поковырявшись в носу, оставить свою козявку.
Давным давно, маленьким, я думал, - я был убежден, - что, оставляя козявку где бы то ни было, я смогу следить за этим местом, и, при этом, место это само знает что я там был. Как бы детский чек-ин. По всей видимости, мои мысли подобны четырехлетним андрюхам, которым до смерти важно отметиться и показать что они думалось тогда то и тогда то, потому что этот блог и существует.
Зубочистки, отцовский плед, холодной пиво, отчего то брошенный взгляд отчаяния в окно и желание покурить.
Вы меня не знаете, а я вас и подавно.
Доброго утра.