Четыре продолжительных нажатия на клавишу в стене не смыли то, что мне пришлось отдать туалету станции «площадь трех вокзалов». Садиться на мягкое в поезде после такого разговора было неприятно, как начать есть сразу после обильной рвоты. Это сменившее собственно саму угрожающую говняную тошноту добавилось к присутствующим ощущениям, а именно:
- солоноватому жжению солнечных ожогов кожи живота, плеч и коленей;
- коньячно-пряному недосыпу после 10 часов поезда и 12 часов праздничных шатаний и купаний;
- мерцающего спокойного удовлетворения собой и своими усилиями.
Дело, конечно, не только в превосходстве над возможностями станционного туалета, – дело в ощущении правильного направления в целом. То, что я так долго искал делал и готовил, наконец проходит свою проверку за пределами домашнего сервиса чашечек петри, и мое чутье исследователя улыбается на все, что происходит со мной, – ведь это историческая хуйня!
Меня расстроили подозрения в гипомании моего нового доктора. Я заслужил этот подъем, и даже если за ним последует качеля, такова моя судьба, ведь ничего из проделанного мне не хочется переделать.
Недосып и наивные отношения с кофе мне кажутся дурацкими помехами, с которыми очень хочется что-нибудь сделать. Как и с её инстаграмом. Я слезаю с её веселого пограничья как с сахара жизни. Компульсивно сую глаз еще раз посмотреть в галерею, в инстаграм. Она, знаток быстрых ярких стимуляторов и плохой самооценки, знает это про меня, и понимает, что делает. Как и остальными штуками, стараюсь не запрещать себе ничего – лучше раз посмотреть и закрыть, чем быть в этом в герундиве. Но это наносит вред, и я надеюсь, что скоро это пройдет своим чередом, и я не замечу, как найду себя выздоровевшим и ровным дыханием. Но веселые вещи оказываются опаснее страстных или нежных вещей из моего прошлого. Словечки, шутки проросли за короткое время и заставляют улыбаться даже несмотря на спазмы сразу после.
28.06
Волнение начинает отличается от тревоги только когда всматриваешься.
09.06
Мне хорошо! Молочный ветерок летнего вечера, я сегодня был в зале с утра, а потом написал письмо моему другу детства и поработал над картинками. Я вышел погулять по парку и почитать книжку где нибудь на лавочке. Я забрался достаточно глубоко в парк, чтобы начать подыскивать скамеечку, как почувствовал что я голоден. И мне так хорошо, что я не хочу терпеть час с книжкой до домашнего рагу. Я хочу замороженную пиццу с газировкой. До закрытия фикс прайса - магазина, где дешевле всего можно сейчас купить пиццу - всего полчаса. Не открыв книжки, иду в магазин.
Я знаю, что когда нибудь я стану свободен от этой хуйни. Я уже проделал очень хороший путь, чтобы снова стать перед этой задачей, и у меня нет другого пути кроме как через решение этого.