Она по-кошачьи улыбнулась и довольная протянула:
- От тебя пахнет мужчиной
Из нашего разговора, я понял, что она чья то жена. А из
шепота за барной стойкой я узнал, что сиськи, с которых она постоянно смахивает
прядь выбеленных волос, как бы подметая их, вставленные.
Она ещё раз меня поцеловала.
Ну что же, как Хэмингуэй и завещал. Рецепт прост - три пива,
литр гранатового псевдояпонского вина, бутылка портвейна, стакана четыре
крафтовой штуки, две пачки выкуренных сигарет и вы уже мужчина. Во всяком случае,
пахнете как мужчина.
Я больше не спорил. Я закончился еще на какой-то бурой/хмурой/мутной херне про кантианство, с которой я был почему то решительно, нет, категорически не согласен. Не помню решительно нихуя.
Чужая жена и пара сисек играли в какой-то группе, где видимо
пи́здят за отсутствие музыкальной грамотности и снобизма, поэтому мой плеер не
продержался и шести секунд в её руках. Как снегом я был засыпан именами
неведомых мне музыкантов и припорошен сверху немым укором за безграмотность в
вопросах провинциального блэк металла, записанного на соседских кошек в кофейных
банках где-то под Рейкьявиком. Все эти сугробы она раз за разом смахивала с меня
прядью своих выбеленных волос.
Интересно, если бы я и в самом деле все-таки поехал - о чем бы мы
говорили утром?