На улице в самом деле воняет зимой, а из моего холодильника несёт гнилью
Сегодня я отшельничаю, заперся камнем в своей пещере, весь в чем-то дырявом и шерстяном, курю, хожу из комнаты в комнату и время от времени зажигаю индийскую палку с запахом солнца, слонов и отчаянной дизентерии.
Оставшиеся бутылки стоят на верхней полке как стервятники, высматривают, смотрят как я мучаюсь, дожидаются момента когда я упаду. По мою душу собралось очень много стекла, а моя люстра вороном кружит надо мной и время от времени выкашливает, мигая, электрические карканья.
Открытки, крики и подмигивания. Разговоры, стихи и еще раз крики. Туалетка, детские пеленки и пепел. Пепел всюду!
Мы, коротящие и постоянно дергающиеся, привыкшие к мерзким глюкам алкоголика, искрящие и молящие, пережили эту неделю. Или это неделя нас пережила?
Я бы хотел когда нибудь написать поэму, длинную и пронзительную - как ту, что я прочитал на той самой прошлой неделе. Я никогда не думал, что меня хватит на поэму. Я никогда не думал, что я захочу так же. Никогда бы не подумал.
С поистине римским упорством мы искупались в грязи и сале, теперь надо нам возвращаться, надо снова бриться, умывать лицо, сидеть на стуле как полагается, а не стоять на нем, говорить спокойно и продуманно. И чистить зубы, конечно. Как я хочу почистить зубы!
Скоро мои подходящие к концу сигареты выкурят меня из дома, благо у меня есть фора в виде сигаретных тайников моих прекрасных гостей - от банальной сигареты вблизи забытых сережек до хитроумного клада мудака-Флинта в коробке собачьего корма. Впрочем, ничего нового, я по-прежнему должен буду куда то поехать, а для этого мне нужно выйти за сигаретами, а для этого мне нужно найти доспехи, шубы, шкуры и батискаф для той тоски, которая тянется на улице, а для этого, в свою очередь, я должен наконец почистить зубы. А для этого мне надо достучаться до конца листа.
Еще пять сигарет - это симпатично
Мне кажется, это был заплыв действительно перешедший из разряда любительских в разряд спортивной секции, мы, может, и не доплыли до самого солнца, но очень старались. Без сна и все взмокшие, мы гребли, налегая на весла и крича морские песни, чтобы грести в такт; иногда приходилось бороться со штилем - тогда нам хотелось ускориться, иногда нам приходилось бороться с течением и порогами - тогда нам хотелось застыть. На разных языках и разными голосами мы благодарили небо, что наша лодка не дала течь, пусть доплыли и не все.
Ладно, хватит уже вот этого вот.
Я еще не вышел на улицу и не стал человеком дождя, однако я уже понимаю, что наверняка проиграю - я попросил еще карту, и что бы мне ни пришло - двойка ли, туз ли - фишки придется отдать.
Пока, бай-бай, сайонара, аревуар, я пошел чистить зубы
Сегодня я отшельничаю, заперся камнем в своей пещере, весь в чем-то дырявом и шерстяном, курю, хожу из комнаты в комнату и время от времени зажигаю индийскую палку с запахом солнца, слонов и отчаянной дизентерии.
Оставшиеся бутылки стоят на верхней полке как стервятники, высматривают, смотрят как я мучаюсь, дожидаются момента когда я упаду. По мою душу собралось очень много стекла, а моя люстра вороном кружит надо мной и время от времени выкашливает, мигая, электрические карканья.
Открытки, крики и подмигивания. Разговоры, стихи и еще раз крики. Туалетка, детские пеленки и пепел. Пепел всюду!
Мы, коротящие и постоянно дергающиеся, привыкшие к мерзким глюкам алкоголика, искрящие и молящие, пережили эту неделю. Или это неделя нас пережила?
Я бы хотел когда нибудь написать поэму, длинную и пронзительную - как ту, что я прочитал на той самой прошлой неделе. Я никогда не думал, что меня хватит на поэму. Я никогда не думал, что я захочу так же. Никогда бы не подумал.
С поистине римским упорством мы искупались в грязи и сале, теперь надо нам возвращаться, надо снова бриться, умывать лицо, сидеть на стуле как полагается, а не стоять на нем, говорить спокойно и продуманно. И чистить зубы, конечно. Как я хочу почистить зубы!
Скоро мои подходящие к концу сигареты выкурят меня из дома, благо у меня есть фора в виде сигаретных тайников моих прекрасных гостей - от банальной сигареты вблизи забытых сережек до хитроумного клада мудака-Флинта в коробке собачьего корма. Впрочем, ничего нового, я по-прежнему должен буду куда то поехать, а для этого мне нужно выйти за сигаретами, а для этого мне нужно найти доспехи, шубы, шкуры и батискаф для той тоски, которая тянется на улице, а для этого, в свою очередь, я должен наконец почистить зубы. А для этого мне надо достучаться до конца листа.
Еще пять сигарет - это симпатично
Мне кажется, это был заплыв действительно перешедший из разряда любительских в разряд спортивной секции, мы, может, и не доплыли до самого солнца, но очень старались. Без сна и все взмокшие, мы гребли, налегая на весла и крича морские песни, чтобы грести в такт; иногда приходилось бороться со штилем - тогда нам хотелось ускориться, иногда нам приходилось бороться с течением и порогами - тогда нам хотелось застыть. На разных языках и разными голосами мы благодарили небо, что наша лодка не дала течь, пусть доплыли и не все.
Ладно, хватит уже вот этого вот.
Я еще не вышел на улицу и не стал человеком дождя, однако я уже понимаю, что наверняка проиграю - я попросил еще карту, и что бы мне ни пришло - двойка ли, туз ли - фишки придется отдать.
Пока, бай-бай, сайонара, аревуар, я пошел чистить зубы