Та самая лампа или ебать нахуй.

Нечестно говоря, я снова не знаю зачем я открыл это все. 

Открыл и открыл, сижу и все о чем мне есть написать - как же мне тяжело дойти сейчас до куртки за сигаретами. А ведь пачку-то еще распаковать нужно! За несколько часов до нового семестра, первым днем которого идет японский, любое действие растягивается, кажется невыносимо серьезным, роковым и тяжелым. 

Нахуй, я за сигаретами.

Я чмо, потому что я тянул с походом экспедицией за сигаретами не только потому что мне лень, мне лень всегда, а еще и потому что я слышал звуки зарождающейся кухонной уборки и в том числе звуки загрузки посудомоечной машины. Я настолько ахуевший, что дождался пока кто то загрузит ее прежде чем выйти из комнаты. 

Я на самом деле слышать не могу звук посудомоечной машины, стук керамических тарелок друг о друга потому что всю ебаную неделю я мыл ебаную посуду. Мыл посуду, варил кофе, мыл посуду и снова мыл посуду. Это в сущности не так страшно, я не такой ярый противник мытья посуды - но именно сегодня, воскресенье, мое последнее воскресенье, я ебал это в рот. 

И вообще я надеюсь даже сюда больше про ебаную посуду ничего не писать. А это хорошая заявка.

Я нихуя, вообще - вообще нихуя не отдохнул за положенную мне неделю отдыха. Я работал больше обычного, выебывался больше обычного и пил меньше обычного. И сейчас я думаю лишь о двух интересных перспективах. Во первых - пиздец какое интересное расписание в ВУЗе, и это даже не о том, что у меня вдруг, совершенно неожиданно, в экселевской таблице расписаний на семестр - среда абсолютно пустая. Со школьных дней здоровья так не удивлялся. Как тогда я не понимал на кой хуй нам этот день здоровья, с чего нам это ебаное здоровье именно в этот день упало и вообще с хуяли праздник, так и сейчас я мало чего понимаю. Единственная разница - я даже не собираюсь задаваться какими либо вопросами - командир сказал ебать в рот среду - так точно, ебу в рот среду, без базара, бухать по вторникам буду строго как сыч, ей богу, ни одного не пропущу. Так вот, не об этом разговор. А разговор обо всех остальных днях недели - они набиты очень интересными предметами. Ну прям глубже и глубже. Интересно настолько, что я к языку относится начинаю на отъебись. Плохо это конечно очень, и я могу триста раз говорить о том, как ВСЕ ПЛАМЯ СТРАСТИ ИЗУЧЕНИЯ языка отбивают преподы, но я сам мудак, еще со школы на меня жаловались учителя - пока не заинтересуется - слюнявый даун. Что сделаешь. Ничего.

так вот. А вторая вещь (я сам удивляюсь как я вообще мысль то веду сквозь всю запутанную залупу спонтанных уходов в сторону) это моя поездка в Израиль. Раз доказав, что я рассово верный еврей, я получил возможность нахаляву уехать на десять дней в тот самый джурусалим с олл инклюзив проживанием и проч. У этой поездки есть ряд смачных плюсов и ряд ахуенных косяков. Плюсы достаточно очевидны - халява, тепло и так далее. Минусы - у меня намечается какая то очень странная сомнительная группа, во время всей поездки алкоголь вообще строго настрого воспрещается (по приезде придется просто лють как разминаться), страна сама по себе без всяких курсов-хуюрсов дорогая (1 шекель - 20 рэ). Вся эта кампания по моей отправке на халяву длится чуть ли не с конца октября, и все это время я воспринимал это скорее как шутку, которую можно хохмы ради рассказать за столом на тусовке, мол, ебать прикинь насколько я рассово верно по веревочке бегу, а вы русаки тухните в вашем Сочи. Ну или что то в этом духе. В январе я получил на почту плотный, но совершенно неконкретно составленный график че мы собственно будем там делать\видеть\где ходить с длинной инструкцией как чего и когда. И тогда то меня и ударило - я лечу в Израиль улетаю из Москвы! И страшно, просто чудовищно захотелось отсюда уехать. Хоть на десять дней. Я на самом деле не так холодно отношусь к Москве, ведь когда умеешь ей пользоваться на таком относительно простом уровне как я, тебе это начинает нравиться со всей своей хуйней. Когда меня ударило, что я все таки улетаю я навертел себе в мозгу фразу, которая вертелась курочкой грилль из ларька начала нулевых и ароматно воняла, что я хочу не просто уехать или что то там, а "посмотреть на другое чужое, которое не пытается казаться своим". И вертится и вертится эта фраза. Иной бы чего поинтереснее с ней выдумал, а я кляксой это сюда сажаю. 

И чем больше думаю над этим, убирая всю глупую поэтичность фразы, я в самом деле хочу посмотреть что нибудь совершенно чужое, как будто бы я хочу истосковаться по всему эту говеному киселю, в котором живу сейчас. 

За последний месяц у меня было две мысли, которые молнией пробегали по мне, и я, выкуривая сигарету, с трудом кутался в одеяло пытаясь заснуть. Первая мысль это вот как раз осознание моего скорого отъезда - клянусь, в тот вечер хотелось чуть ли не чемодан начать собирать и жить на чемодане в течении полутора месяцев, закрыв глаза и уши руками (ну как нибудь, че ты ебать докапываешься), говорить что нибудь, чтобы не слышать и не видеть мир, пока он бы мне сам не понадобился, чтобы добраться до аэропорта.

Вторая мысль (люблю эти списки видать) - хочу татузу. 

Странная и пугающая мысль для четырех утра. И как полагается озарению - я продумал весь план от освоения бюджета вплоть до эскиза за одну сигарету. И что вы думаете? Специальная копилка уже у меня на полке с парочкой пейзажей Ярославля (немного, но до августа, а забиваться я хочу в августе, времени и зарплат еще дохуя). 

Я так это все описываю странно не столько потому что я тут так завуалированно помечаю для пунктика что я забиваюсь, а сколько для протоколирования собственного, так сказать, муд свингинга (на русском очень плохо и выглядит и звучит, но вы поняли). Дело в том, что до этого я с месяц ходил как говна наевшийся - я не мог воспринимать тату совершенно, мне вся эта штука была совершенно чужой, противной и непонятной. Но свои руки я уже не воспринимаю как татузы - это просто мои руки они такие и должны быть (наверное так и должно быть). В метро я видел людей с полностью забитыми руками и исступленно на это смотрел, мол, как так, зачем так кто то вообще делает. И поймал я себя на этой мысли очень не сразу. Вернулся я к прежнему состоянию плохо помню как, но отчетливо помню как увидел татузу Охлобыстина из под халата, когда, потеряв опять в комнате пульт, смирился с Интернами по тнт. И чуть ли не следующими сутками я просыпаюсь посреди ночи и иду курить на кухню, чтобы придумать как копить на партак. Волшебный Охлобыстин, что тут скажешь.

Пока закуриваю, невольно осматриваюсь - комната сама как будто ждет. Хотя нет, хуйню несу. Единственное что она может ждать - уборки. Просто я наделал новых тетрадок по новым дисциплинам, разложил на столе и сижу, болтаю ножками, жду когда я снова буду учиться. Шестой семестр, а все равно как первый класс. 

А еще, а еще я купил себе ту самую пиздатую лампу. Я говорю "ту самую", потому что кому я про нее не расскажу - все ее знают. По идее, если я вам дам команду представить "пиздатую настольную лампу" вы именно ее и представите. Наверное, перечитывая напечатанное (господи, а я уже много накатал) говно, я вставлю сюда картинку. Но я же хуй его знает, я все равно напишу, что она трех суставная с пружинками и вся такая черная и тяжелая. И оказалось, ее либо уже хотел кто то, либо уже имеет. 

Вот. Как то так. 

Я надеюсь это все, а то надо же как то держать себя в руках. Так и до "я сегодня купил сиги гы гы прикиньте ебать" не далеко. Лампа все равно распиздатая, даже учитывая что лампочка к ней покупается отдельно за 350 ебаных рублей. Но мне похуй. 

Лампа блять.