Какое то безумно тупорылое отчаяние
и с чего оно вообще взялось
никакого расстрела.. впрочем, было бы мне спокойнее если бы завтра был расстрел?
Чуши какой то напридумывал, ей богу
Сижу и не знаю
Вот чего я сюда пришел - мозгу требуется движение, спасательный массаж, разогревающее растирание мысли.
Завтра пересдача по японскому - я же его завалил летом, да
А я ничего не могу сделать, меня как отрезало
Вот я сижу в этих всех бумажках и все никак не могу для себя принять решение - ебал я это в рот или нет?
Если ебал, то чего я продолжаю копаться и почему мне так неприятно быть самим собой? Если нет - то какого черта я вообще сейчас делаю? Открывай рот, точи зубы о те камни, что тебе дают. Неужели это все уже упущенное?
Слишком много вопросов
Чем отличается упущенное от пропущенного? Что я все таки получаю от состояния "незнания"? Почему я такой стыдливо равнодушный? И как, черт его дери, долго я смогу дальше смотреть на эти чужие бумажки и пускать слюну?
Хочется и дальше играть во все эти знаки вопроса, но все это полная хуйня
Знание - одна большая фикция, а так называемая роскошь интеллектуального разговора, эта самая хваленая роскошь интеллектуального разговора, которая была для нас для всех хлебом, чаем с сахаром, сигаретой и бутылкой кухонного пива летней ночью, - все это еще большая (бОльшая же, да?) пустышка. Ничего за этим не стоит и никогда не стояло, вот оно долгожданное взросление.
Это не старческое вытирание носа рукавом фланелевой клетчатой рубашки, это не скорбь по нашим глазам и умам н-ное количество лет назад, это большущее разочарование и тоска по воздушным замкам.
Воздушные замки сегодня - это не сума с платком в горох, это не баловство в поисках интересных проблем. Сегодня это угол. Свой угол, свои руки. То, что так презиралось и оплевывалось. Но это не тот громкий экзистенциальный ужас проходящего, это не просто смирение, это.. да хуй его знает что это такое.
Сегодня наша когда то потрясающая юношеская схема идет по пизде. Это страшный парадокс для неизбежно взрослеющего человека - куда не наступить, чтобы не унесло течением? К чему прицепиться? Плевать туда, куда уже плюнули все, не работает - волна. Проглотить плевок и пройти мимо - волна. Что остается то?
Очень-очень напрашивается что то в духе "быть самим собой". А что, блядь, вообще такое - самим собой? Я не тот, кто хочет первым или последним задать этот вопрос, я просто очередной взрослеющий черт, который должен гаркнуть в свой мегафон, пока он не помер. Все эти вопросы проходящего времени такая же хуйня и пустозвонье, ведь ответ на них можно найти только не задаваясь этим вопросом.
Этот мистер "сам собой" давно задохнулся в конвульсиях, заваленный трупами чужих дел. По инерции в его кабинет, в его комнату, где он когда то обитал, до сих пор складывают чужие мнения, заботы, клише, запихивают в дверной проем картонки с фотографиями кумиров и президентов, засыпают это знаменами чужих людей, моделями поведения, чужими словами и поверх всего зашвыривают, чтобы не скатилось, пространные анекдоты, истории и прочие мелкие запчасти из чужих миров. Так он там и задыхается и умирает. Он нем трудно даже впечатление какое то составить - никогда не знаешь, видел ты его или нет, существовал ли он вообще когда либо.
По весне можно совершить увлекательное путешествие в эту самую комнату. Открыть маленькое окошко, устроить небольшой сквознячок, разгрести себе стул и начать перебирать все что можно там найти, с интересом разглядывая каждую безделушку и думать откуда же она все таки пришла. Начать с пустяков-мелочей, что валяются на полках, а закончить тем хламом, что уже давно кажется родными, будто это мистер "сам собой" сам когда то положил их туда.
В какой то момент, фофаном приходит осознание, от которого приходишь в добрый восторг. Ты вскакиваешь со стула и новым взглядом осматриваешь весь этот беспорядок - флаги, книги, исписанные стены, мятые рисунки, бутылки, колоды слов и мнений, ящики проблем и идей, истории, клише, старые кассеты с фильмами, плакаты и прочая хуетень. Ты улыбаешься и выбегаешь из комнаты, запирая ее на скорую руку на ключ. Кто бы там не лежал, как бы не выглядел этот старый жуткий мертвец, умерший под всем этим дерьмом - "сам собой" теперь и есть эта комната, этот набор мертвых идей и слов. Он - весьма и весьма сомнительного уровня уникальности набор и комбинация всей этой чужой и казенной чуши в комнате.
Приятно удивленный и довольный своим открытием, ведь "сам собой" все таки найден, ты спускаешься обратно, ко всем, но на втором лестничном пролете вопрос приходит сам собой - это вообще хорошо? Тот факт, что "сам собой" теперь комната - дело ясное, но.. Но честно ли это?
Мы все просто сраные легенды о давно умерших людях. И фигурально выражаясь и не очень. Наверное именно это и имеют ввиду, когда говорят уже грязную и пошловатую фразу "я\мы\вы\ты давно умер\ли внутри". В нас когда то погиб человек под грудой тел других растиражированных мертвецов, которые как карты тасуются среди нас всех и делают нас нами. А мы всю свою ебанную жизнь пытаемся об этом не думать, называя это "пытаемся не думать" разными именами. Кто то откровенно называет это страхом смерти, кто то притворяется что мистер "сам собой" все еще где то там, под хламом, живой и довольный, а кто то и вовсе в рот ебал такие идиотские метафоры и вообще он это он, сидит и активно знает что он из себя представляет и пошли все нахуй. Все хорошо, только смерти бояться незачем, когда ты являешься самим собой (спорная хуйня, я знаю, но дайте мне минутку), ведь "сам собой" сам по себе подразумевает нечто проходящее, он не бессмертная идея, он - человек, он должен быть вами, а вы как человек смертны. Это факт, который скрыть невозможно. А с двумя другими ребятами. В одном случае, мне бы тоже так хотелось верить в жизнь этого самого мистера, а в другом - жму руку человеку, который про себя кивнул на третьем варианте, хоть я и останусь при своем смачном убеждении, что даже такая легкая провокация как моя может вас немного да напрячься.
Так или иначе, хорошо все это или плохо, мне, откровенно говоря, все таки насрать, ведь с этим уже ничего не поделаешь, правда?
Или поделаешь?
и с чего оно вообще взялось
никакого расстрела.. впрочем, было бы мне спокойнее если бы завтра был расстрел?
Чуши какой то напридумывал, ей богу
Сижу и не знаю
Вот чего я сюда пришел - мозгу требуется движение, спасательный массаж, разогревающее растирание мысли.
Завтра пересдача по японскому - я же его завалил летом, да
А я ничего не могу сделать, меня как отрезало
Вот я сижу в этих всех бумажках и все никак не могу для себя принять решение - ебал я это в рот или нет?
Если ебал, то чего я продолжаю копаться и почему мне так неприятно быть самим собой? Если нет - то какого черта я вообще сейчас делаю? Открывай рот, точи зубы о те камни, что тебе дают. Неужели это все уже упущенное?
Слишком много вопросов
Чем отличается упущенное от пропущенного? Что я все таки получаю от состояния "незнания"? Почему я такой стыдливо равнодушный? И как, черт его дери, долго я смогу дальше смотреть на эти чужие бумажки и пускать слюну?
Хочется и дальше играть во все эти знаки вопроса, но все это полная хуйня
Знание - одна большая фикция, а так называемая роскошь интеллектуального разговора, эта самая хваленая роскошь интеллектуального разговора, которая была для нас для всех хлебом, чаем с сахаром, сигаретой и бутылкой кухонного пива летней ночью, - все это еще большая (бОльшая же, да?) пустышка. Ничего за этим не стоит и никогда не стояло, вот оно долгожданное взросление.
Это не старческое вытирание носа рукавом фланелевой клетчатой рубашки, это не скорбь по нашим глазам и умам н-ное количество лет назад, это большущее разочарование и тоска по воздушным замкам.
Воздушные замки сегодня - это не сума с платком в горох, это не баловство в поисках интересных проблем. Сегодня это угол. Свой угол, свои руки. То, что так презиралось и оплевывалось. Но это не тот громкий экзистенциальный ужас проходящего, это не просто смирение, это.. да хуй его знает что это такое.
Сегодня наша когда то потрясающая юношеская схема идет по пизде. Это страшный парадокс для неизбежно взрослеющего человека - куда не наступить, чтобы не унесло течением? К чему прицепиться? Плевать туда, куда уже плюнули все, не работает - волна. Проглотить плевок и пройти мимо - волна. Что остается то?
Очень-очень напрашивается что то в духе "быть самим собой". А что, блядь, вообще такое - самим собой? Я не тот, кто хочет первым или последним задать этот вопрос, я просто очередной взрослеющий черт, который должен гаркнуть в свой мегафон, пока он не помер. Все эти вопросы проходящего времени такая же хуйня и пустозвонье, ведь ответ на них можно найти только не задаваясь этим вопросом.
Этот мистер "сам собой" давно задохнулся в конвульсиях, заваленный трупами чужих дел. По инерции в его кабинет, в его комнату, где он когда то обитал, до сих пор складывают чужие мнения, заботы, клише, запихивают в дверной проем картонки с фотографиями кумиров и президентов, засыпают это знаменами чужих людей, моделями поведения, чужими словами и поверх всего зашвыривают, чтобы не скатилось, пространные анекдоты, истории и прочие мелкие запчасти из чужих миров. Так он там и задыхается и умирает. Он нем трудно даже впечатление какое то составить - никогда не знаешь, видел ты его или нет, существовал ли он вообще когда либо.
По весне можно совершить увлекательное путешествие в эту самую комнату. Открыть маленькое окошко, устроить небольшой сквознячок, разгрести себе стул и начать перебирать все что можно там найти, с интересом разглядывая каждую безделушку и думать откуда же она все таки пришла. Начать с пустяков-мелочей, что валяются на полках, а закончить тем хламом, что уже давно кажется родными, будто это мистер "сам собой" сам когда то положил их туда.
В какой то момент, фофаном приходит осознание, от которого приходишь в добрый восторг. Ты вскакиваешь со стула и новым взглядом осматриваешь весь этот беспорядок - флаги, книги, исписанные стены, мятые рисунки, бутылки, колоды слов и мнений, ящики проблем и идей, истории, клише, старые кассеты с фильмами, плакаты и прочая хуетень. Ты улыбаешься и выбегаешь из комнаты, запирая ее на скорую руку на ключ. Кто бы там не лежал, как бы не выглядел этот старый жуткий мертвец, умерший под всем этим дерьмом - "сам собой" теперь и есть эта комната, этот набор мертвых идей и слов. Он - весьма и весьма сомнительного уровня уникальности набор и комбинация всей этой чужой и казенной чуши в комнате.
Приятно удивленный и довольный своим открытием, ведь "сам собой" все таки найден, ты спускаешься обратно, ко всем, но на втором лестничном пролете вопрос приходит сам собой - это вообще хорошо? Тот факт, что "сам собой" теперь комната - дело ясное, но.. Но честно ли это?
Мы все просто сраные легенды о давно умерших людях. И фигурально выражаясь и не очень. Наверное именно это и имеют ввиду, когда говорят уже грязную и пошловатую фразу "я\мы\вы\ты давно умер\ли внутри". В нас когда то погиб человек под грудой тел других растиражированных мертвецов, которые как карты тасуются среди нас всех и делают нас нами. А мы всю свою ебанную жизнь пытаемся об этом не думать, называя это "пытаемся не думать" разными именами. Кто то откровенно называет это страхом смерти, кто то притворяется что мистер "сам собой" все еще где то там, под хламом, живой и довольный, а кто то и вовсе в рот ебал такие идиотские метафоры и вообще он это он, сидит и активно знает что он из себя представляет и пошли все нахуй. Все хорошо, только смерти бояться незачем, когда ты являешься самим собой (спорная хуйня, я знаю, но дайте мне минутку), ведь "сам собой" сам по себе подразумевает нечто проходящее, он не бессмертная идея, он - человек, он должен быть вами, а вы как человек смертны. Это факт, который скрыть невозможно. А с двумя другими ребятами. В одном случае, мне бы тоже так хотелось верить в жизнь этого самого мистера, а в другом - жму руку человеку, который про себя кивнул на третьем варианте, хоть я и останусь при своем смачном убеждении, что даже такая легкая провокация как моя может вас немного да напрячься.
Так или иначе, хорошо все это или плохо, мне, откровенно говоря, все таки насрать, ведь с этим уже ничего не поделаешь, правда?
Или поделаешь?